История Дони Надежды, 28 лет, Таганрог
Диагноз: лимфогранулематоз (Лимфома Ходжкина)
Надежда прошла тяжелейший путь будучи ещё ребенком: в 11 лет ей поставили диагноз. Она смогла победить его и сейчас живет свою счастливую жизнь.
Вы можете связаться с Надеждой лично, а ниже прочитать полную историю ее пути
Лимфома Ходжкина – это злокачественное заболевание лимфатической системы. У этой болезни также есть другие названия: болезнь Ходжкина, лимфогранулематоз, рак лимфатических узлов. Лимфомы бывают разные, но лимфома‎ Ходжкина – это онкология.

- Самое главное что вы могли бы посоветовать заболевшим?
- Никогда не сдаваться, ценить каждую минуту!

- Самое главное что вы могли бы посоветовать заболевшим таким же диагнозом?
- Все возможно, надо только верить.

Полная история болезни:

Все началось после новогодних праздников в 2004 году. Тогда мне было 11 лет. У меня поднялась температура 37,5 – подумали, что простуда.

Обратились к педиатру, мне назначили лечение, спустя несколько дней выступил лимфоузел над ключицей. Снова обратились к врачу. Начали искать причину отправляли и к иммунологу, фтизиатру. Я сдала множество анализов, выпила горы таблеток, в течение полугода температура держалась.
Мне назначали электрофорез на лифоузел, но это не дало особых результатов. Спустя некоторое время, когда перепробовали уже множество всего, меня отправили в детскую областную больницу Ростова- на-Дону к гематологу. Врач сказал, что мы слишком поздно приехали и надо срочно делать операцию по удалению лимфоузла. После операции подтвердился диагноз: лимфогранулематоз, надулярный склероз 3 стадии, вирус
Эпштейна-барр.

Врач сказал, что меня необходимо перевести в отделение гематологии (на тот момент мы с мамой даже слова такого не знали). Вскоре меня перевели в это отделение. Я увидела там детей, у которых не было волос. Первое, о чем я подумала: «Наверное, они здесь долго лежат, и у них вши заводятся, поэтому их и подстригают». Что еще могло прийти в голову 11-летнему ребенку?

Меня определили в палату, а маму вызвали на беседу с психологом, который рассказал, что меня ждало в процессе лечения. Вернувшись в палату, она не могла сдержать слёз. Потом к психологу пригласили меня. В том кабинете сидели и другие дети, они сразу начали знакомиться со мной и рассказывать, сколько они уже лечатся. Они рассказали мне, что волосы выпадают из-за лекарств, и что это хорошо – ведь потом вырастут новые, крепкие и здоровые.

Я лежала в отделении гематологии на протяжении месяца, все это время меня обследовали и находили множество других проблем: оказалось, что у меня был компрессионный перелом позвоночника, а я при этом жила обычной жизнью и проблем со спиной у меня не было.

После этого долгого обследования у меня началась совсем другая, новая жизнь. Мне провели первую химию. Ощущения были страшные. По ночам адские боли в желудке. Они были настолько сильными, что я искусала себе весь язык, только бы маму не разбудить – в палате мы лежали вчетвером: я, мама и другая девочка с мамой (эта девочка потом умерла).

Я могла спать только на димедроле, как только его действие проходило, я снова испытывала мучения от боли. Вскоре, когда начали выпадать волосы, меня подстригли машинкой. Честно сказать, я почувствовала легкость, ведь тогда был август, на улице жара, без волос было так хорошо. Но все же эмоционально мне было тяжело, помню, как заведующая, делая обход, каждый раз говорила мне: «Надя, почему ты хмуришься, ведь все хорошо! А волосы – не беда». Сейчас я это уже точно поняла.
Мое лечение проходило в 6 курсов химии, затем лучевая терапия в области шеи и позвоночника. После окончания лечения я приезжала на обследование каждые три месяца, потом каждые полгода, а затем раз в год.

За время моего лечения очень много детей ушло из жизни, это так тяжело, словами не передать. Но все это можно пройти, главное – иметь рядом близких и родных людей, которые тебя никогда не бросят, какой бы ты ни была – с волосами или без, полная или худая. Я весила 28 килограммов в 11 лет, а спустя полгода была уже 40, во время лечения пила преднизолон.

Очень тяжело, конечно, болеть в таком раннем возрасте, тебе много чего нельзя, и ты понимаешь, что любое действие может ухудшить самочувствие. Но я очень поменялась после такой своей жизни!

Я очень люблю и ценю моменты, я берегу свою мамочку, которая прошла со мной этот путь в моей жизни, а самое главное – несмотря ни на что мне не разрешали родить ребенка (данный диагноз именно на третьей стадии является причиной для прерывания беременности). Но! Я родила доченьку вопреки всему и сейчас берегу себя и свою семью. Так что, вылечиться и жить полноценной жизнью не только МОЖНО, но и НУЖНО. Сперва такой диагноз может показаться настоящим приговором, но необходимо просто взять себя в руки и показать, что это не так – наоборот, новый этап в жизни.
Made on
Tilda